koshechkina: (Марийка)
[personal profile] koshechkina
Дмитрий Быков // "Новая газета", №28, 20 марта 2017 года

Три года как никакого Крыма, и скал его, и медуз.
Боюсь, что это необратимо, — хотя почему боюсь?
Своих любимых в чужих объятьях я видел не раз, не пять
и твердо знаю, что дар терять их — важнее, чем возвращать.

Что берег отнят — не в том досада, потерпим, не в первый раз;
досада в том, что его не надо отнявшим его у нас.
В Гурзуф ли едут они на отдых? В Артеке ли их сыны?
На склонах Альп, на карлсбадских водах их виллы размещены.

Они же Крыма не знали сроду, на раз доказать могу:
ни эти горы, ни эту воду… Им важно накласть врагу!
Мы ясно помним весь этот скрежет, не дети, в конце концов:
приедет Ярош и всех зарежет! Придет и взорвет Сенцов!

Американский авианосец на Ялту уже залез,
спешит к Тавриде и скоро скосит сакральный наш Херсонес…
Еще припомнят все эти бредни и пламенный абордаж,
и то, как сами они намедни кричали, что Крым не наш, —

что им до моря? Что им до Крыма? На что им страна моя?
Им надо больше огня и дыма, и гордости, и вранья,
и чтобы больше диванных воинств, и прочий кипящий квас…
Им вряд ли важно себе присвоить. Им важно отнять у нас.

А как любил я свеченье моря, соленый гнилой лиман,
толкучку набережных и мола, огни кораблей, туман,
досмотры вечные на границе, ДАИ и ее рвачей…
Он был, конечно, не украинский. По сути, он был ничей.

Он был моим, и уже не будет, и надо учиться жить
в стране, где каждый любого судит и каждый каждому жид.
Нас всех накрыло одной рогожей, притом до скончанья лет.
Тут был один полуостров Божий, но Бога там больше нет.

Я в год бывал там четыре раза, и летом, и в холода —
порой посредством седьмого ВАЗа, на поезде иногда;
на том вокзале в четыре года сошел я, где мой портрет
сегодня с надписью «Враг народа» висит еще… или нет?

Сюда с Олимпа укрылись боги — от них ли я отрекусь?!
Я знал тут каждый изгиб дороги, и каждый камень, и куст.
Без этих вылазок, слишком частых, боялся я умереть;
нигде на свете я не был счастлив, как здесь, — и не буду впредь, —

нигде не пишется так, как в Ялте, и замыслов большинство
мне там явилось… но вот пожалте. Все предало, все мертво.
Предатель-море, предатель-небо, я сбросил бы вашу власть,
мне не допрыгнуть до вас, и недо- забыть, и недо- проклясть.

Вот так же, верно, лишившись корня, барчук, эмигрант, атлет,
прокляв отчизну и только помня свои девятнадцать лет,
считал предателями и Выру, и Батово, и Москву.
Как те изгои, я тоже вымру. Я точно не доживу

до возвращенья из полуада. На юге души — пятно.
Я с этим свыкся, и мне не надо туда, где осквернено.
Ведь есть и Вырица, и Кампанья, и кстати, — на том стою, —
все это полезное привыканье к посмертному бытию.

Мы все однажды уйдем от мира, мы все обратимся в прах,
нам будет больно все то, что мило, увидеть в чужих руках —
в последний раз, пролетая мимо. Так нас тренирует Бог.
Хотя что это начнется с Крыма — он сам угадать не мог.

Profile

koshechkina: (Default)
koshechkina

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
1011121314 1516
17181920212223
24252627282930

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 02:46 pm
Powered by Dreamwidth Studios